В отличие от Пушкина, для которого осень была порой вдохновения и «очей очарованьем», Афанасий Фет воспринимал это время года как период умирания природы, навевающий тоску и меланхолию. В стихотворении «Ласточки пропали» (1854) поэт создаёт картину безрадостного увядания: исчезнувшие ласточки — символ ушедшего лета, злой ветер стучит в окно, а одинокое перекати-поле прыгает по пустому полю «как мяч». Лирический герой признаётся: «Лучше б снег да вьюгу встретить грудью рад!» — зима с её морозами кажется ему предпочтительнее тягостного осеннего оцепенения. Необычная форма пятистиший подчёркивает монотонность бесконечно тянущихся осенних дней.
В позднем творчестве Фета осенняя тема приобретает философское звучание. «Осенняя роза» (1886) написана 66-летним поэтом в имении Воробьёвка: среди погибших от мороза георгинов одинокая роза остаётся «благоуханна и пышна», становясь символом стойкости перед «жестокими испытаньями» и «злобой гаснущего дня» — метафорой приближающейся старости. В стихотворении «Какая холодная осень!» (1854) пейзаж переплетается с любовной темой: «пожар» северного сияния над соснами контрастирует с холодом в отношениях — «светят фосфорные очи, да только не греют меня». Среди осенних стихотворений поэта также — «Осенью», «Задрожали листы, облетая», «Опять осенний блеск денницы», «Осень» (1883).