Владимир Маяковский — Сергею Есенину: Стих

Вы ушли,
как говорится,
в мир иной.
Пустота…
Летите,
в звезды врезываясь.
Ни тебе аванса,
ни пивной.
Трезвость.
Нет, Есенин,
это
не насмешка.
В горле
горе комом —
не смешок.
Вижу —
взрезанной рукой помешкав,
собственных
костей
качаете мешок.
— Прекратите!
Бросьте!
Вы в своем уме ли?
Дать,
чтоб щеки
заливал
смертельный мел?!
Вы ж
такое
загибать умели,
что другой
на свете
не умел.
Почему?
Зачем?
Недоуменье смяло.
Критики бормочут:
— Этому вина
то…
да се…
а главное,
что смычки мало,
в результате
много пива и вина.-
Дескать,
заменить бы вам
богему
классом,
класс влиял на вас,
и было б не до драк.
Ну, а класс-то
жажду
заливает квасом?
Класс — он тоже
выпить не дурак.
Дескать,
к вам приставить бы
кого из напостов —
стали б
содержанием
премного одарённей.
Вы бы
в день
писали
строк по сто,
утомительно
и длинно,
как Доронин.
А по-моему,
осуществись
такая бредь,
на себя бы
раньше наложили руки.
Лучше уж
от водки умереть,
чем от скуки!
Не откроют
нам
причин потери
ни петля,
ни ножик перочинный.
Может,
окажись
чернила в «Англетере»,
вены
резать
не было б причины.
Подражатели обрадовались:
бис!
Над собою
чуть не взвод
расправу учинил.
Почему же
увеличивать
число самоубийств?
Лучше
увеличь
изготовление чернил!
Навсегда
теперь
язык
в зубах затворится.
Тяжело
и неуместно
разводить мистерии.
У народа,
у языкотворца,
умер
звонкий
забулдыга подмастерье.
И несут
стихов заупокойный лом,
с прошлых
с похорон
не переделавши почти.
В холм
тупые рифмы
загонять колом —
разве так
поэта
надо бы почтить?
Вам
и памятник еще не слит,-
где он,
бронзы звон,
или гранита грань?-
а к решеткам памяти
уже
понанесли
посвящений
и воспоминаний дрянь.
Ваше имя
в платочки рассоплено,
ваше слово
слюнявит Собинов
и выводит
под березкой дохлой —
«Ни слова,
о дру-уг мой,
ни вздо-о-о-о-ха »
Эх,
поговорить бы иначе
с этим самым
с Леонидом Лоэнгринычем!
Встать бы здесь
гремящим скандалистом:
— Не позволю
мямлить стих
и мять!-
Оглушить бы
их
трехпалым свистом
в бабушку
и в бога душу мать!
Чтобы разнеслась
бездарнейшая погань,
раздувая
темь
пиджачных парусов,
чтобы
врассыпную
разбежался Коган,
встреченных
увеча
пиками усов.
Дрянь
пока что
мало поредела.
Дела много —
только поспевать.
Надо
жизнь
сначала переделать,
переделав —
можно воспевать.
Это время —
трудновато для пера,
но скажите
вы,
калеки и калекши,
где,
когда,
какой великий выбирал
путь,
чтобы протоптанней
и легше?
Слово —
полководец
человечьей силы.
Марш!
Чтоб время
сзади
ядрами рвалось.
К старым дням
чтоб ветром
относило
только
путаницу волос.

Для веселия
планета наша
мало оборудована.
Надо
вырвать
радость
у грядущих дней.
В этой жизни
помереть
не трудно.
Сделать жизнь
значительно трудней.

Анализ стихотворения «Сергею Есенину» Маяковского

Между В. Маяковским и С. Есениным были очень сложные и противоречивые отношения. Два великих поэта представляли собой полную противоположность. Оба отмечали друг в друге наличие большого таланта, но постоянно высказывали обоюдные язвительные замечания. После трагического самоубийства Есенина Маяковский серьезно пересмотрел свои взгляды. Он понял, какое значение представлял «народный поэт» для всей русской литературы. Маяковский и сам начал ощущать разочарование в социалистическом обществе, попадать под незаслуженные удары критики. Уход из жизни Есенина, по сути, сделал его единственным советским поэтом, осмеливающимся открыто высказывать свои взгляды, что обрекало Маяковского на одиночество.

В стихотворном обращении к Есенину автор сразу же замечает, что «это не насмешка» над его памятью. Маяковский выражает глубокое сожаление, что его собрат по перу «собственных костей качает мешок». «Почему? Зачем?» поэт совершил самоубийство. Эти вопросы в те годы (да и сейчас) интересовали многих. Маяковский решительно отвергает версию о том, что Есенина довел до смерти алкоголизм. Он признает этот страшный порок поэта, но не согласен с предлагаемыми способами его искоренения. Многие обвиняли Есенина в безыдейности творчества и утверждали, что было необходимо привлечь его на сторону коммунизма. Маяковский справедливо парирует: «Класс — он тоже выпить не дурак». Также предлагали подобрать к поэту специального человека (естественно, из органов госбезопасности), который бы контролировал его образ жизни. Но «такая бредь», по мнению автора, еще вернее бы подтолкнула Есенина к петле. «Лучше от водки умереть, чем от скуки!».

Маяковского раздражает внезапное появление огромного множества поклонников и подражателей поэта, который сделали из него мученика, пострадавшего за свои идеи. Причем большинство из новоявленных апостолов до самоубийства презрительно относились к Есенину, открыто называя его неудачником и алкоголиком. Маяковский замечает, что лучшим признанием станет сооружение памятника Есенину, а слезливый «стихов заупокойный лом» только оскорбляет память поэта. Если бы Есенин смог на мгновенье восстать из мертвых, в адрес всей оплакивающей его «дряни» понесся бы «трехпалый свист в бабушку и в бога душу мать!».

Автор прекрасно понимает, что Есенин принял роковое решение под давлением мучавших его душу противоречий: «Какой великий выбирал путь… протоптанней и легше?». Именно в этой слабости, неспособности выстоять перед обстоятельствами он обвиняет поэта: «помереть не трудно, сделать жизнь… трудней». Как показало время, сам Маяковский в конце концов также запутался в собственной жизни и повторил печальную судьбу Есенина.

Популярные тематики стихов

Отзывы к стихотворению


  • Настолько передана вся горечь утраты, что даже говорить что-то будет лишним, это творение можно просто прочувствовать…без комментариев…

    Наталья


  • Ну так вот и не комментировали бы.

    Алла


  • Я это стихотворение слушала уже, наверное, десятки раз в исполнении Виктора Зозулина. Великолепное стихотворение. Снова и снова слушаю, и душа не может насытиться.

    Раиса


Добавить комментарий
Читать стих поэта Владимир Маяковский — Сергею Есенину на сайте РуСтих: лучшие, красивые стихотворения русских и зарубежных поэтов классиков о любви, природе, жизни, Родине для детей и взрослых.