Семнадцать лет эмиграции — и нестерпимая тоска по России в каждой строке. Цветаева уехала в 1922-м вслед за мужем Сергеем Эфроном, служившим в Белой армии. Сначала Берлин, потом три года в Праге, затем Париж — нищета, безденежье, ощущение ненужности. «До Эйфелевой — рукою подать! Подавай и лезь. Но каждый из нас — такое зрел…» — писала она в стихотворении «Лучина» (1931). При этом понимала: прежней России больше нет. «Можно ли вернуться в дом, который — срыт?» Революция отняла родину, превратила в вечную скиталицу. «Край меня не уберёг» — в этой фразе вся боль изгнанницы.
Стихотворение «Тоска по родине! Давно…» (1934) — вершина эмигрантской лирики. Начинается с отрицания: всё равно, где быть одинокой, по какой брести мостовой. Но в финале — рябиновый куст, и сквозь напускное равнодушие прорывается отчаянная любовь. В 1939-м Цветаева вернулась — и через два года погибла в Елабуге. Мужа расстреляли, дочь отправили в лагеря. Среди произведений: «Тоска по родине», «Родина», «Стихи к сыну», цикл «Стихи о Москве», «Лучина», «Рассвет на рельсах».