Вопрос о природе человека вошёл в русскую поэзию в XVIII веке: Державин в оде «Бог» (1784) определил человека как существо, стоящее между ничтожеством и величием — «я царь — я раб — я червь — я бог». Эта двойственность стала сквозной темой на два столетия вперёд. Лермонтов в стихотворении «И скучно и грустно» (1840) свёл человеческое существование к разочарованию в желаниях, страстях и рассудке. Заболоцкий посвятил этой теме целый цикл размышлений: в «Некрасивой девочке» и «О красоте человеческих лиц» (оба — 1955) он задался вопросом, что важнее в человеке — внешняя оболочка или внутреннее содержание, сравнив лица с домами, от пышных порталов до тёплых хижин.
Евтушенко в стихотворении «Людей неинтересных в мире нет» (1961), посвящённом редактору журнала «Юность» Сергею Преображенскому, провозгласил уникальность каждой судьбы — «не люди умирают, а миры». В эпоху, когда советская идеология ставила коллектив выше личности, это был вызов: поэт настаивал, что даже тот, кто прожил незаметно, интересен «самой неинтересностью своей». Среди произведений: «Бог» Державина, «И скучно и грустно» Лермонтова, «Некрасивая девочка» Заболоцкого, «Людей неинтересных в мире нет» Евтушенко, «О красоте человеческих лиц» Заболоцкого.
Человеку надо мало