Чижа захлопнула злодейка-западня:
Бедняжка в ней и рвался и метался,
А Голубь молодой над ним же издевался.
«Не стыдно ль, — говорит, — средь бела дня
Попался!
Не провели бы так меня:
За это я ручаюсь смело».
Ан, смотришь, тут же сам запутался в силок.
И дело!
Вперед чужой беде не смейся, Голубок.
Анализ / мораль басни «Чиж и голубь» Крылова
Впервые «Чижа и Голубя» Иван Андреевич Крылов напечатал в сборнике «Новых басен».
Басня написана в 1814 году. Ее автору в этот момент исполнилось 45 лет, он уже известен всей России произведениями не только с заимствованным, но и глубоко оригинальным сюжетом. Часть басен, к примеру, основана на реалиях Отечественной войны 1812 года.
По жанру – поучительная басня с философским подтекстом, по размеру – разностопный ямб со сложной рифмовкой. Рассказчик с самого начала проявляет свою позицию. «Чижа захлопнула»: так динамично развиваются события. Певчая птичка, которую издавна держат в домах, попала в западню. Составное слово «злодейка-западня» мгновенно обнаруживает, с кем сочувствие автора. Действительно, среди способов отлова была и клетка с приманкой, действующая по принципу мышеловки. «Бедняжка»: уменьшительный суффикс подчеркивает и размер птицы, и ее беспомощность. «И рвался, и метался»: глагольные синонимы, перечислительная градация. «Голубь молодой»: автор обращает внимание на возраст птицы, призывая не судить ее слишком строго.
Впрочем, и порицание его «издевательств» в тексте очевидно. Прямая речь Голубя церемонна и дерзка. Он стыдит неосторожную птичку. «Средь бела дня»: то есть, при свете дня, с возможностью оценить обстановку. Злорадство Голубя усилено восклицанием. Он ручается, что его бы так «не провели» (не застигли врасплох). И «тут же сам запутался в силок». Это иное средство лова: ступив лапкой в петлю, замаскированную в траве, птица оставалась стреноженной до прихода людей. «И дело!»: экспрессивное оценочное суждение самого автора, означающее «поделом». Интересно, что Чиж ни слова не отвечает на тирады Голубя. Тем самым И. Крылов подчеркивает ценность достоинства, с каким можно переносить беду.
Мораль находится в заключительной строке: чужой беде не смейся. «Голубок»: насмешливая, чуть презрительная форма слова. Действительно, человек обычно думает о своем уме и талантах в превосходной степени. Он охотно сравнивает себя с другими людьми. В данном случае вина Голубя еще и в том, что он смеется над жертвой, не преступником. Как и всякий фанфарон, Голубь неизбежно проявляет недальновидность и оказывается в том же положении, что и Чиж. Чужой промах нужно считать уроком для себя, поводом трезво оценить обстоятельства.
Басенное творчество И. Крылова нравоучительно, поэтому и занимает почетное место в дидактической литературе для детей.