Слова бегут им тесно — ну и что же! — ты никогда не бойся опоздать. Их много — слов, но все же если можешь — скажи, когда не можешь не сказать.
Я думаю — ученые наврали, — прокол у них в теории, порез: развитие идет не по спирали, а вкривь и вкось, вразнос, наперерез.
Каждый волхвов покарать норовит, а нет бы — послушаться, правда?
… Иногда напишешь песню и вдруг видишь: сам ведешь себя несоответственно. Вот, например, после того как я написал «Балладу о переселении душ», стал приглядываться к собакам. Думаю: а вдруг это какой-нибудь бродячий музыкант раньше был? Или там кошек каких-нибудь видишь, думаешь, что это какие-нибудь дамы раньше были, определенные. И уже с ними ведешь себя по-другому…
Лучше жить 40 лет на коне, чем без щита.
Счастье — это путешествие, необязательно из мира в мир… Это путешествие может быть в душу другого человека, путешествие в мир писателя или поэта… И не одному, а с человеком, которого ты любишь. Может быть, какие-то поездки, но вдвоем с человеком, которого ты любишь, мнением которого ты дорожишь.
Только голодовка может убедить вас в том, что личность — это не тлеющая тварь, а нечто даже значительно большее.
… Но в виски, как в барабаны,
Бьётся память, рвётся в бой.
А вы знаете, как поп попадью извел? Что значит извел? Убил, то есть. Ну! Развод по-итальянски. Вот. Он ее подкараулил и спустил на нее икону Спасителя. Тройной эффект. Во-первых, если уж Спаситель не спас, а убил, значит, было за что.
Фартило мне, Земля вертелась,
И, взявши пары три белья,
Я шасть туда. Но вмиг хотелось
Назад, откуда прибыл я.
У меня есть претензии к властям моей страны, но решать я их буду не с вами.
Все пророки — и Иоанн, и Исаак, и Соломон, и Моисей, и еще кто-то — правы только в одном, что жил Господь, распнули его, воскрес он и ныне здравствует, царство ему небесное. А все другое, насчет возлюбления ближнего, подставления щек под удары оных, а так же — не забижай, не смотри, не слушай, не дыши, когда не просят, и прочая чушь — все это добавили из устного народного творчества. Да, вот еще: «не убий!» — это правильно. Не надо убивать. Убивать жалко, да и не за что.
Я отвечаю за свое творчество перед страной, которая поет и слушает мои песни, несмотря на то, что их не пропагандируют ни радио, ни телевидение, ни концертные организации.
Никогда не суди с первого взгляда ни о собаке, ни о человеке. Потому что, простая дворняга может иметь добрейшую душу, а человек приятной наружности может оказаться редкой сволочью.
Счастье — это путешествие. Может быть, в душу другого человека, путешествие в мир писателя или поэта… Какие-то поездки, но не одному, а вдвоем с человеком, которого ты любишь, мнением которого ты дорожишь.
Я жив, — снимите черные повязки!..
Не страшно без оружия — зубастой барракуде, большой и без оружия — большой, нам в утешенье, а маленькие люди — без оружия не люди: Все маленькие люди без оружия — мишени.
Я дышу, и значит — я люблю!
Я люблю, и значит — я живу!
… Мне есть, что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть, чем оправдаться перед ним.
При власти, при деньгах ли, при короне ли — судьба людей швыряет как котят.
Поэты ходят пятками по лезвию ножа
И режут в кровь свои босые души.
Так многие сидят в веках на берегах — и наблюдают внимательно и зорко, как другие рядом на камнях хребты и головы ломают. Они сочувствуют слегка погибшим — но издалека.
При власти, деньгах ли, при короне ли — судьба людей швыряет как котят.
Леночка, ты успокойся, все будет хорошо или плохо.
Весь мир на ладони — ты счастлив и нем и только немного завидуешь тем, другим — у которых вершина еще впереди.
Снег без грязи, как долгая жизнь без вранья.
Я признаюсь вам, как на духу — такова вся спортивная жизнь: лишь мгновение ты наверху и стремительно падаешь вниз.
Возвращаются все — кроме лучших друзей, кроме самых любимых и преданных женщин. Возвращаются все — кроме тех, кто нужней.
Мы многое из книжек узнаём, а истины передают изустно: «пророков нет в отечестве своём», — да и в других отечествах — не густо.
Нет прохода, и давно, в мире от нахалов. Мразь и серость пьет вино из чужих бокалов.
Почему-то все люди, выступая по телевидению, стараются казаться умнее, чем они есть на самом деле. Всегда есть котурны во время этих передач. И даже самые уважаемые мною поэты, писатели или актеры, которых я жутко люблю, когда они играют на экране, в таких передачах почему-то не умнее, но чуть-чуть другие, чем они есть. А ведь самое интересное узнать, какие они на самом деле.
Сыт я по горло, до подбородка — даже от песен стал уставать, — лечь бы на дно, как подводная лодка, чтоб не могли запеленговать!
Ходу, думушки резвые, ходу, слово, строченьки милые, слово!
Купола в России кроют чистым золотом — чтобы чаще Господь замечал.
Словно мухи, тут и там, ходят слухи по домам, а беззубые старухи их разносят по умам.
Проникновенье наше по планете особенно приятно вдалеке: в общественном парижском туалете есть надписи на русском языке.
Песне, в отличие от человека, можно продлить жизнь. У песен счастливее судьба, чем у людей, потому что хороший, достойный человек очень много волнуется, нервничает, беспокоится за своих близких и помирает раньше, чем плохой. Так уж случилось: всегда «смерть самых лучших намечает и дергает по одному». А вот плохой человек дольше живет, потому что он мало тратится… А с песней наоборот — песня, если она того стоит, может жить долго.
Всем живым — ощутимая польза от тел:
Как прикрытье используем павших.
При знакомстве я всегда вижу в человеке только хорошее. Пока сам человек не докажет обратное.
Красивых любят чаще и прилежней,
Веселых любят меньше, но быстрей.
И молчаливых любят, только реже,
Зато уж если любят, то сильней.
Жизнь – это рана, которая лечиться сама. Мне дороги страдания, потому что из них рождаются радости.
Я этот небесный квадрат не покину,
Мне цифры сейчас не важны.
Сегодня мой друг защищает мне спину,
А значит, и шансы равны.