Пели колеса
Пели колеса
Давно-давно
Мы были другими
Нас ласково звали в окно
Повторяя странное имя
Какое-то странное имя
Но мы забыли когда это было
И было ли
Всё превращается
Всё возвращается в море
Дождь размывает землю
И память
Прощай
Мы уходим в холодное завтра
Ты — в рай
Высоко над жизнью поэта
Высоко над жизнью поэта
В синем платье проходит лето
В черной жаркой базальтовой зале
Короли увядая ждали
Как колонна в дельфийском храме
Падал жар убивая души
Голубыми пустыми глазами
Карлик шум мироздания слушал
Он всходил на огромные башни
Опускался в бездны вулканов
С сердцем полным печали вчерашней
Оставался мечтать на башне
Неподвижно близок к часам
Может быть судья небесам
Отшельник пел под хлороформом
Отшельник пел под хлороформом
Перед ним вращались стеклянные книги
Он был прикован золотою цепью
Ко дну вселенной
Было далеко от жизни
Но еще не совсем смерть —
Это было предчувствием страшного звука,
Полусон, сквозь который брезжит рассвет.
Холод, сонливость,
Передрассветная мука.
А на дне вселенной качались деревья
И дождь уходил
В бледно-сером пальто.
В черном море пели водолазы
В черном море пели водолазы
Айсберги над ними проходили
Было пыльно в городе над ними
В лазарете с феями больными
День скользил сквозь годы одиночества
Шум дождя скользил на белых листьях
В сумерках при свете фонарей
Были слышны вздохи паровозов
Грозы спали у моих дверей
Потому что лето было ложью
Под театром страшной высоты
Далеко внизу трамваи шли
В них читали книги короли
Только ночь ушла из Нуримат
И глаза закрыли сны зари
Неустрашимый
Неустрашимый
Сплю на рельсах курьерского поезда
Но в другом измерении
Поезд пройдет во сне
Испугавшись цветов
Опрокинется в реку
Наполнится рыбами
Вернется домой
Невозмутимый
Помню о прошлом
Тихо целую
Грядущие дни
Июль прошел, холодный маниак
Июль прошел, холодный маниак,
Он спал во льдах среди течений юга
Горели розы лампы в снежных облаках
И месяцы смеялись друг на друга
Жара спала в снегу ночных минут
И дождь настал
Перепробуйте все комбинации
Перепробуйте все комбинации
Побудьте во всех соединеньях
Поцелуйте женщин всех наций
Научитесь пению
Или возвратитесь в отдаление
Тогда вы поймете что в малом
Что приснилось вам на рассвете
Было всё что есть во вселенной
И то что снилось вселенной
И еще многое абсолютно непонятное
Относящееся к грядущим дням
Разорвите цепи
Разорвите цепи — железо так нежно дышит
Камень плачет навзрыд
Но никто не слышит
Никто с ним не говорит
Каменная девушка на воздушном шаре
Поднимается в небо не переставая улыбаться
А на дне моря философ играет на скрипке
И звенит своей цепью
Прикован ко дну
Медленно верблюды уходят в Сахаре
На юг
И всё бесполезно
Всё лишено назначенья
Тихо и звездно
Над мертвою жизнью город шумит
Счастье молчит
Соединенье железа, стекла
Невозвратимый
Карты счастья и карты печали
Карты счастья и карты печали
Тихо с неба падали в окно
Но никто не наклонялся к жизни
Все закрыв глаза смотрели вдаль
Всё там было тихо и просторно
Все страдали от соседства звуков
Как ужасно к счастью просыпаться
Как нелепо к жизни возвращаться
Безнадежным золотом счастливым
В солнечное море отнесенным
Голубые очи открывались
Золотые книги закрывались
Отрицать мир с четырех сторон
Отрицать мир с четырех сторон
Погружаться в четыре сна
Обволакиваться четырьмя сияньями
Так мы хотели вначале
Так кричали нам птицы
Только мы не отвечали
Не уставали неудостаивать
Мы под страшным ветром печали
Так любили до утра простаивать
Раскрывая свои паруса
Был красивый полон удивленья
Был красивый полон удивленья
Что заснул в болоте утопая
Страшно близко к лучшим временам
И проснулся на высоком месте
Только горы преграждали взоры
Но понятно было то что скоро
Облака поднимутся к лазури
Поцелуют небо наяву
О расскажи взаимное рожденье
О расскажи взаимное рожденье
Твоих лучей на свет глубоких бездн
О если бы добиться пробужденья
Еще не живших и не певших звезд
О страшный самум пыли равнодушья
Смеркание, склонение лучей
И комары съедающие души
И лысины на головах детей
Никто не жил, никто еще не любит
Никто не видел неба и рассвета
От высокой жизни березы
От высокой жизни березы
Только листья остались в море
Берега позабыли воду
Пароход позабыл природу
Дачи хлопают крыльями крыш
Птица чайка летит на север
Путешественник там замерз
Можно съесть его нежный голос
Руки моря
Кажутся белыми
Подумайте о вращении
Луна играла серенады
Кто ты
Высоко на крыше дома
Высоко на крыше дома
Стояла Статуя Счастья
Наблюдая рождение жизни
Из желтого моря зари
Всё казалось ей: время настанет
Растворятся, раскроются бездны
Голоса поцелуют землю
Это и были Лериды
Это и были Лериды
Высокие как окна соборов
Далекие как солнце иных миров
Но зачем они опустились
Никто никогда не понял
Почему они загрустили
Кого увидели там
И огромные очи свои обратили
В обратное высотам…
И сразу стало тише и холоднее
Глубже уснули на снежном рассвете
Страшные черные лица детей
А рассвет был ложен, легок и пуст
Как сгоревший серый вчерашний куст