Александр Пушкин — Весна, весна, пора любви

Произведение Александра Сергеевича Пушкина «Весна, весна, пора любви» стало частью седьмой главы «Евгения Онегина».

Стихотворение написано в 1827 году. Автору его в этот момент 28 лет, он получил разрешение вернуться в столицу после ссылки в Михайловское, впрочем, уже успел стать фигурантом нового дела по собственным стихам. Однако на этот раз разбирательство завершилось снятием всех обвинений с поэта. Роман в стихах, между тем, подходит к завершению, написана предпоследняя глава. Уже автор развел героев, уже и выстрел прозвучал. Татьяна Ларина начинает прозревать истинный характер человека, в которого влюбилась. Семейство Лариных в Москве, впереди сватовство «важного генерала».

По жанру – элегическая зарисовка, по размеру – все та же онегинская строфа (ямб с прихотливой рифмовкой). Однако эти девять строк в окончательной редакции были существенно дополнены, а местами переработаны. Скажем, меланхоличные многоточия были заменены на горестные, но все же восклицания. В конечном счете, поэт придал строфе стремительность, полет. Лирическое отступление выдает чувства автора.

В самом тексте романа фрагмент начинается почти с оксюморона: как грустно, весна. В черновом наброске стоит слово «тяжко». Лексический повтор украшает апострофу (обращение к отвлеченному понятию, в данном случае – к времени года). Эпитет и перифраз «пора любви» давно стали общим местом в мировой поэзии. Дважды А. Пушкин повторяет местоимение «моей», подчеркивая собственный душевный разлад. Не в силах радоваться, он не смеет отрицать волнение в душе и крови. В окончательном варианте романа далее следуют 4 строки о весеннем воздухе и сельской тишине. Здесь же он продолжает высказывать безысходность своего положения, препарировать чувства: как чуждо, наводит скуку и томленье. Сам блеск проснувшейся природы нестерпимо режет ему глаза. В заключительном двустишии лирический герой не просто просит, а требует в повелительном наклонении: отдайте. Оказывается, в данную минуту ему привычней «метель и вьюга», они больше отвечают его мрачному настроению. К финалу стихотворение словно замедляется, замирает. Эпитеты «зимний, долгий мрак» завершают безрадостную картину. Ночь становится спутницей разочарованного в любви и жизни лирического героя. Нужно сказать, что в «Евгении Онегине» этот отрывок заканчивается признанием, что душа героя давно мертва.

Среди авторских отступлений романа в стихах «Евгений Онегин» А. Пушкина есть и строки, построенные на контрасте ликующей природы и тяжелых раздумий человека.